Они представляют эстетику советского пост-пространства, находясь не в России. Развивают молодежную культуру в одной из самых бедных столиц Восточной Европы. Мы поговорили с начинающим молдавским проектом ТИНЕРЕЦЕ, как они занимаются модным проектом вдвоем и стремятся снимать клипы на уровне Декстера Нэви.

текст: Лера

Как мы знаем, вас двое в проекте: расскажите каждый немного о себе.

Саша: Привет, я Саша, мне 25. С 20 лет моя профессиональная жизнь так или иначе была связана с журналистикой и различными околомедийными активностями. Тинереце – это мой первый проект на стыке такого фешн-вижуала. В проекте я занимаюсь стайлингом и видео.

Ира: Я Ира , мне 20. Мне всегда была интересна творческая среда, поэтому я решила учиться на режиссера, правда промахнулась со страной обучения (Смеётся).

 

 

 

САША

 

 

 

ИРА

 

 

Вы всегда увлекались фотографией? Как пришли к тому, что хотите создать проект?

 

Саша: Я придумал концепт Тинереце прошлой зимой в виде серии из пяти коротких документальных фильмов-портретов про актуальную андерграундную молодежь в нашей стране. Придумал, порадовался и отложил съемки до апреля. В апреле, когда уже нашел героев для первой истории, абсолютно случайно узнал об Ире. Посмотрел тогда ее фотографии и подумал: “Хмм, классно. Хочу, чтобы она была в моей банде”. Написал и предложил пофотографировать бекстейдж съемок, а по окончанию “может быть сделать какой-то небольшой фотопроектик”. Встретились, начали, как это обычно происходит, показывать друг другу разные вдохновляющие нас клипы, рекламные ролики и так далее. В итоге я предложил сделать большой фотопроект с акцентом на модную составляющую. Ира с радостью подхватила эту идею.

Ира: Самой фотографией я начала увлекаться в 13 лет, когда папа купил мне первую камеру, но по сути до 18 я только фоткала подружек. В 18 мой парень начал играть в рок-группе и тут понеслось! «А давай фотосет! А давай клип! А давай то! А давай это!». По сути это и сподвигло меня пойти учиться на режиссера. Но уже в первой половине учебного года я поняла, что особо ничего не происходит, все какие-то вялые, никто никуда не торопится, и я решила, что надо что-то точно с этим делать! На тот момент я активно следила за работами i-D, хотела сделать что-то похожее. Я привлекала многих моделей из нашего нынешнего Тинереце, но было очень трудно, так как занималась всем сама. Но через полгода, каким-то магическим образом меня нашел Саша, которому понравились мои работы, и предложил участвовать в Тинереце.

 

 

 

У вас есть конкуренция в Кишинёве?

Саша: Мне трудно ответить на этот вопрос. Конкуренция в сфере моды… Тут смешно даже рассуждать – моды, как отрасли, у нас не существует как таковой. О конкуренции в сфере визуала тоже сложно говорить. Похожую картинку у нас делает только еще одна команда, правда у нас с ребятами разные вкусы, но я им искренне респектую за некоторые работы. Один из них сейчас, например, снимает в Словении клип для Сюзанны и Мальбека. По молдавским меркам – это too dream about и бесспорно заслуживает глубокого уважения.

Ира: Думаю, что да, она есть, но также считаю, что в нашем формате еще никто не выступал. Я всегда за здоровую конкуренцию: прикольно, когда чужие работы дают тебе эдакий пинок под зад.

Есть в Кишинёве мода? Можете назвать какие-то основные два модных лагеря?

Саша: Моды в Кишиневе как индустрии не существует. В основном город, как мне кажется, делится на три лагеря:

1. Самый многочисленный. Те, кому абсолютно не интересно, что происходит в мире моды.

2. Тусовка «сын депутата». Предел мечты – поло Ralph Lauren и замшевые мокасины. В России, насколько я знаю, так любят одеваться выходцы с Кавказа. Лайфстайл: мечтать о BMW X6 и курить кальян в дорогом ресторане.

3. Самая малочисленная, даже с натяжкой неспособная назвать себя стритвир-тусовкой, небольшая группа людей, у которой пока не получается даже приучиться к сникерам, как основной обуви в гардеробе.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

too dream about

 



По сравнению со столицами в регионе,

Кишинёв – достаточно бедный и

провинциальный город.

«Дорогая жизнь» – здесь идея большинства.

А хипстерская тусовка очень слабая

и разрозненная для того, чтобы диктовать

какие-то правила. На весь город

есть шесть тусовок, которые закрыты

«только для своих».

Так здесь принято.

 

 

 

Почему именно эстетика “панелек”? Почему, живя в европейской стране, вам это интересно? Это история про корни и так далее или просто вдохновение в духе Гоши Рубчинского?

 

Саша: Я бы сказал, что это вдохновение в том числе и Гошей. Но не только им. В моем случае это Вирджил Абло, Херон Престон, Раф Симонс, Ронни Фиг и многие другие. А еще Тайлер, как же без Тайлера. Плюс целый блок героев из Восточной Европы, которых я считаю невероятно крутыми. Это Хаски и весь вижуал, который делают Клепнев и Кватания, Луна и киевские ребята, которые работают с ней, обязательно Дорн. Мне кажется, что большинство этих ребят уже давно жгут на уровень круче того, что происходит на Западе. 

Что касается Молдовы, то это всё-таки восточно-европейская страна. Я думаю, это очень важная ремарка. И современная Молдова по духу остается очень «постсоветской» страной с характерным менталитетом. К сожалению, мы не смотрим на эту эстетику со стороны сытой европейской реальности, мы часть этой большой задницы, которая может и огорчает своей бедностью, но в тоже время так сильно мотивирует творить и ломать игру.

«и панельки

тоже …»

 

 

 


 

Несмотря на то, что Тинереце.raw –

это эстетика уныния,

серости и старомодности,

проект представляет

собой именно

«новое красивое». 

Это умышленная ода грязи,

не как альтернативе, а как

новому стандарту

прекрасного.

 

 

Поэтому «и панельки тоже …», но не только панельки: еще супермаркет, старый безвкусный театр, теннисный корт. «Эстетика панелек» все же как термин в моем понимании неразрывно связан с нытьем и грустью. Это меня бесит. Наша грязная, но романтичная красота teen spirit, которую мы показываем в проекте, далеко не про нытье.

Ира: Думаю, что Гоша Рубчинский вдохновил нас использовать историю нашей страны, играться с эстетикой той же кириллицы, которую мы используем, локациями, одеждой и местным менталитетом, который не меняется уже много лет. Мы всегда пытаемся креативно иронизировать над этими вещами: снимаем странные ковры в комбинации с мрамором и с пыльной зеленью, огромные старые помещения, наполненные новой техникой. Кроме того, что люди называют себя европейской страной, по сути ничего не меняется, и эта ситуация дает огромную возможность творчески посмеяться над всем.

 

 

 

 

 

 

 

teen spirit

 

Вы говорили, что ваш проект о молодежи, которая копирует мировые тренды и миксует их с местными особенностями. Расскажите, что как раз добавляется в образы?

Ира: Мы пытаемся добавлять в образы местный колорит, внешние особенности, как-то издеваться над местными трендами: например, над кроссовками Balenciaga, с которых буквы спадают, или над тем, как почти каждый житель страны жалуется на бедность, но делает это в Louis Vuitton и известной тишке Gucci.

 

 

Расскажите про свой второй проект Бэець. Описание мы прочитали, но если совсем кратко — чем он отличается от Тинереце?

Саша: Давайте по порядку. Тинереце – это бренд. Этот бренд выпускает проекты. Первым был Тинереце.raw, сейчас вот Бэець.

Ира: Тинереце.raw – это сырой проект, где молодежь советской страны пытается веселиться во дворах, сидя на ржавых перекладинах или в продуктовым магазине, где на них тетя Маша будет кричать: «Не трогай колбасу,мальчик!», а Тинереце.Бэець – это красивые мальчики, которые выросли и уже проводят свое время в более престижных местах старого Кишинёва, слушая эйсид, валяясь на полу и звоня всем своим друзьям, чтобы прибегали потусить.

 

 

 

Тинереце

это бренд

 

 

 

 

Почему о Баэць вы написали на трех языках? Вам важно сохранить эту связь с русским населением?

 

Cаша: Тинереце – локальный бренд. У него есть четкий план развития на ближайший год. Нам очень важна местная аудитория. Язык здесь – больной вопрос. Мы не хотим каких-то конфликтов, которые будут смещать фокус с арта на прочую околополитическую ерунду. Поэтому у нас есть фирменный стиль в виде румынского кириллицей и английского, на котором мы общаемся в инсте. А большие сообщения стараемся делать понятными для всех – то есть на трех языках. Мы здесь, чтобы делать вижуал, не больше и не меньше.

Ира: Да, так получилось, что в Молдове есть люди, которые не понимают румынский, и люди, которые не понимают русский. Саша правильно говорит: мы никого не хотим обидеть и ни каплю не хотим нажимать на политическую ситуацию через язык, мы хотим, чтобы посыл поняли абсолютно все, кто за нами следит и будет следить, ведь это самое главное.

 

 

Какие цели в данный момент преследуете? Чего хотите добиться, например, через год?

Ира: Безумно хочется продолжить этот проект, добавляя эстетику 2000х, хочется развить это во что-то более, чем просто фотопроект, всегда есть желание вернутся к клипам, но, к сожалению, мы еще не нашли группы или певцов, которые бы проникли глубоко в душу.

Саша: Тинереце – это бренд, который выпускает визуал и фешн-проекты. Сейчас мы сделали Тинереце.raw и Бэець. И достаточно неплохо заявили о себе в Кишинёве. При том, что для нас с Ирой это первый подобный проект в жизни. Если на первой съемке у меня тряслись руки от волнения, и я понятия не имел, как управлять моделями, то сейчас мы уже, например, получаем предложения об оплате, лишь бы человек мог стать моделью Тинереце. И многие местные фотографы теперь хотят поработать с нами, при этом еще вчера они не воспринимали нас всерьез. Дальше мы будем развивать эту историю в том же направлении и в новых проектах делать упор на производстве видео.