Фильм «Квадрат» 2017
реж. Рубен Эстлунд
Награды:
Золотая пальмовая ветвь 70-го Каннского фестиваля.
Следует ли современному искусству соотноситься с реальностью? С одной стороны «да», а, впрочем, совсем «нет». Должно ли современное искусство быть адекватным? Нет. Это абсолютно точно – адекватность никому не интересна. Кристиан — куратор музея современного искусства в Швеции. Интеллектуал, успешный карьерист, который любит работу намного больше, чем личную жизнь. У него двое детей, которые будто бы взялись из ниоткуда. Жена, как и любые намеки на супружество, отсутствует. А его ли это дети? Может быть, но, кажется, Кристиан воспринимает их как ряд менеджерских задач: их нужно одеть, покормить, они должны каждый день попадать в школу тогда, когда это нужно.

В конце фильма Кристиана увольняют, и он будто бы должен расстроиться, но этого не происходит – нет ни разлома личности, ни боли, ни переживаний. Кажется, что Кристиану все чуждо. В этом фильм вообще всем, по сути, все безразлично. Это общество «посторонних» Камю, которое больше ничему не удивляется, а наказание приходит не за преступление, а просто так — про преступление никто и не вспомнит никогда. Ряд сюжетов, которые ничем не заканчиваются, потому что все тонет в безразличии и отчужденности. У моей случайной любовницы в квартире живет обезьяна – ничего, бывает. Креативный директор пришел на совещание с маленьким ребенком, который все время орет, — всем наплевать. Художник чуть не изнасиловал коллекционера на приеме в честь открытия выставки, и потом его побили — да все в порядке. Случайно столкнул ребенка с лестницы и тот упал, полночи прося о помощи (что с ним стало впоследствии — непонятно) — да, в общем, тоже все равно, вообще всем без разницы.

— Кристиан, ты спишь со многими женщинами?
— А?
— Ты спишь со многими женщинами?
— Хм…
Ощущение, что Кристиан просто пытается вспомнить, что такое «переспать с кем-то.

 

Что же такое «квадрат»? – это произведение искусства, кусок пространства, отгороженный светодиодной лентой, где у каждого равные права, обязанности и что-то еще. Зритель тут же забывает месседж художника, так как любому нормальному человеку он кажется тарабарщиной — точно такой же тарабарщиной, как диалог с журналисткой в начале фильма. Она спрашивает что-то про место и не-место, предмет и не-то-чтобы-предмет, слыша в ответ: «А это мы про Марселя Дюшана». Никто ничего не понимает, но все удовлетворены. Кристиан репетирует «спонтанные» речи, а слушатели, в общем, хотят просто поужинать, и все довольны.

Зритель в фильме тоже мало что понимает, но очень доволен. Вся эта куча вкусных интеллектуальных отсылок: перфоманс зверя – к перфомансу Олега Кулика; поцарапанная машина — отсылка к произведению Мартина Кипенбергера; куратор музея современного искусства, роющийся в мусоре, — и чудесная сцена, где уборщик просто смел часть инсталляции. Все по законам жанра: зритель делает вид, что что-то понял, а деятели искусств имитируют борьбу за высокие понятия и продвижение морали в обществе.

Во всем этом российский художник выглядит как тот, кто в белом: не боится мнения других, не слышит намеки работодателей, и идет в своем перформансе до конца — за что и оказывается всеми бит. Это общество «Постороннего», но наоборот.

Критикуют и «золотой миллион», который может все. У него много денег, чтобы справиться все с тем же пресловутым голодом… но он не делает ничего. Как говорит в фильме один из кураторов: «Вы достучитесь лишь до привычной кучки эстетов! Чтобы об этом писали журналы — требуется неоднозначность». В итоге, внутри квадрата маленькую бездомную девочку разрывает на части. История попадает в журналы, и куратора увольняют, так как поднялся скандал и нужна привычная жертва. Всем, в общем-то, все равно — никто на Кристиана не злиться, но жертва должна быть, и Кристиан это тоже понимает.

Что же такое «квадрат»? Это произведение искусства. Но и квадрат нашего мобильного телефона впоследствии может стать самым близким и дорогим другом. С его кражи и начинается вся история — это тот самый момент, когда «что-то пошло не так».